Горячо любимые друзья!

Через полстолетия после того как Бахаулла призвал королей и правителей примириться между собой и предписал им установление мира на земле, великие державы той эпохи были втянуты в войну. Это был первый конфликт, который сочли «мировой войной», и он запомнился как столкновение ужасающей жестокости; беспрецедентные масштабы и неистовство кровопролития оставляли страшный след в сознании каждого последующего поколения. И все же, на руинах и страданиях произросли возможности для установления стабильности в мире с помощью нового порядка — в особенности на Парижской мирной конференции, которая открылась сто лет назад в этот самый день. В последующие годы, несмотря на неоднократные кризисы, что обуревали международные дела, Шоги Эффенди мог различить «пусть вначале и неуверенную, поступь сил, действующих в согласии с духом эпохи». Эти силы продолжили вести человечество к эре мира — мира не просто как отказа от вооруженных конфликтов, но как коллективного состояния бытия, знаменующего единство. Тем не менее, путь предстоит еще долгий, и продвижение по нему происходит неравномерно. Мы находим данный момент благоприятным для размышления над прогрессом, достигнутым на этом пути, над современными вызовами миру и над вкладом в его установление, который призваны сделать бахаи.

В течение последних ста лет было, по крайней мере, три исторических момента, когда казалось, словно человечество близко к обретению реального, прочного мира, хотя эта цель всегда оставалась неосуществленной вследствие недостатков, которые оно не могло преодолеть. Первым таким моментом, по итогам Парижской конференции, было создание Лиги Наций — организации, которая, по замыслу ее основателей, должна была обеспечить мир на международном уровне. Она стала средством, с помощью которого впервые в истории была «серьезно рассмотрена, обсуждена и испытана» система коллективной безопасности, предписанная правителям мира Бахауллой. Но, по сути, мирное соглашение, положившее конец войне, было безнадежно ущербным, и Лига оказалась неспособной предотвратить Вторую мировую войну, которую историки считают самым смертоносным конфликтом в истории человечества. Второй значительный шаг к всеобщему миру, так же как и первый, был сделан после периода чудовищного конфликта, когда не только из пепла Лиги была создана Организация Объединенных Наций, но и появилась система международных экономических институтов, и исторический прогресс был достигнут в сфере прав человека и международного права. Одна за другой территории, находившиеся под колониальным правлением, стремительно становились независимыми нациями, заметно углублялись и расширялись договоренности в области регионального сотрудничества. Тем не менее, для послевоенных десятилетий была характерна атмосфера мрачной и зачастую открытой враждебности между двумя крупнейшими мировыми блоками держав. Широко известная как «холодная война», она выплеснулась в реальные войны в различных регионах мира и подвела человечество к опасной черте конфликта с применением ядерного оружия. Ее мирное завершение на рубеже двадцатого столетия послужило поводом для чувства облегчения и инициировало призыв к установлению нового всемирного порядка. Это был третий момент, когда всеобщий мир казался в пределах досягаемости. Усилия по созданию новых и укреплению существующих систем международного сотрудничества получили большой импульс, когда Организация Объединенных Наций созвала серию всемирных конференций на темы, имеющие важность для будущего человечества. Появились новые возможности для достижения согласия, и дух сотрудничества, побуждающий прогресс, также нашел свое выражение в полномочиях, которыми были облечены определенные международные институты, наделенные обязанностью отправлять правосудие. Кульминацией этого целенаправленного, совещательного процесса на рубеже веков стал Форум тысячелетия — встреча представителей более тысячи организаций гражданского общества из более чем ста стран, — за которым последовал Саммит тысячелетия, ставший беспрецедентной встречей мировых лидеров, которая привела к соглашению по ряду задач, отражавших общее устремление человечества. Получив название «Цели развития тысячелетия», они стали связующими принципами коллективного действия в последующие годы. Эти разнообразные успехи, несмотря на их многочисленные ограничения и несовершенства и на вопиющие конфликты, которые продолжали разворачиваться в течение этого времени, тем не менее, остаются свидетельством повсеместного, постепенного, но неуклонного роста глобального сознания у народов земли и их тяготения к всеобщей справедливости, солидарности, сотрудничеству, состраданию и равенству.

С началом нынешнего столетия стали надвигаться новые вызовы. Со временем их интенсивность нарастала, что приводило к удалению от обнадеживающих шагов вперед, которыми завершилось предыдущее столетие. Сегодня многие преобладающие течения в обществах повсеместно отталкивают людей друг от друга, а не сближают их. При том, что начали сокращаться проявления самой крайней формы бедности в мире, политические и экономические системы стали попустительствовать обогащению узких избранных кругов, владеющих крайне непомерным богатством — условие, которое порождает основополагающую нестабильность в мире. Взаимодействия между гражданином, правящими институтами и обществом в целом часто характеризуются напряженностью, поскольку те, кто выступает за верховенство одного или другого из них, проявляют все больше и больше непримиримости в своем мышлении. Религиозный фанатизм деформирует характер общин и даже целых народов. Провалы столь многих организаций и институтов общества по вполне понятным причинам привели к снижению народного доверия, но этим систематически злоупотребляют привилегированные круги, стремящиеся подорвать доверие ко всем источникам знания. Определенные общие этические принципы, которые, как казалось, имели большое влияние в начале этого столетия, обесцениваются, что ставит под угрозу преобладающий консенсус относительно того, что правильно и что неправильно, благодаря которому удавалось ограничивать самые низменные наклонности человечества в различных сферах. И воля к вовлечению в международное коллективное действие, которая двадцать лет назад отличала мышление мировых лидеров, подверглась запугиванию и нападкам со стороны воскресших сил расизма, национализма и фракционной борьбы.

Следовательно, силы дезинтеграции перестраиваются и становятся популярными.
Так тому и быть. Никакой человеческой силе не предотвратить объединение человечества; обетования, данные пророками прошлого и Автором Дела Самого Бога свидетельствуют об этой истине. Тем не менее, путь, который человечество выберет для исполнения своей судьбы, может вполне быть извилистым. Крики, поднятые противоборствующими народами земли, грозят заглушить голоса тех благородных душ в каждом обществе, которые призывают положить конец конфликту и борьбе. До тех пор, пока этот призыв остается без внимания, нет никаких причин сомневаться в том, что нынешнее состояние беспорядка и смятения в мире будет усугубляться — возможно даже с катастрофическими последствиями — до тех пор, пока вразумленное человечество не сочтет целесообразным сделать еще один значительный шаг к прочному миру, на этот раз, вероятно, решающий.

Всеобщий мир — это цель, к которой человечество устремлено на протяжении веков под влиянием Слова Бога, что Творец последовательно сообщает Своему творению. Шоги Эффенди описал продвижение человечества к новой, всемирной стадии его коллективной жизни с точки зрения социальной эволюции — «эволюции, которая началась с зарождения семейной жизни, в ходе последующего развития достигла племенной солидарности, которая, в свою очередь, привела к созданию городов-государств, а позже развилась в институт независимых и суверенных наций». Сейчас, с приходом Бахауллы, человечество стоит на пороге своей зрелости. Всемирное единство, наконец, стало возможным. Мировой порядок, объединяющий нации при согласии всего человечества, — это единственный достойный ответ дестабилизирующим силам, которые угрожают миру.

Однако, хотя всемирное единство возможно, и, даже более того, — неизбежно, оно, в конечном итоге, не может быть достигнуто без безоговорочного принятия единства человечества, которое Хранитель описал как «ось, вокруг которой вращаются все принципы учения Бахауллы». С каким озарением и красноречием разъясняет он далеко идущие последствия этого кардинального принципа! В водовороте международных дел он отчетливо видел, как та истина, что человечество — это один народ, должна стать отправной точкой для нового порядка. Огромный спектр взаимоотношений между нациями и внутри них — все необходимо пересмотреть в этом свете.

Реализация такого видения потребует от мировых лидеров, рано или поздно, исторического подвига в искусстве управления государством. Увы, намерение совершить такой подвиг все еще отсутствует. Человечество поражено кризисом самоопределения, поскольку различные народы и группы силятся обозначить себя, свое место в мире и то, как им следует действовать. Без видения общего самоопределения и общего предназначения они принимают противоположные идеологии и вступают в борьбу за власть. На первый взгляд бесчисленные перестановки понятий «мы» и «они» обозначают самоопределение групп все более узко и в противовес друг другу. Со временем этот раскол на разнонаправленные заинтересованные группы ослабил целостность самого общества. Конкурирующие представления о превосходстве того или иного народа навязываются в ущерб той истине, что человечество идет по общему пути, в котором все — поборники. Обратите внимание, насколько радикально отличается такое фрагментированное представление о человеческом самоопределении от того, которое рождается от признания единства человечества. В таком ракурсе разнообразие, характеризующее человеческую семью, нисколько не противоречит ее единству, а наделяет ее многоликостью. Единство, каким видят его бахаи, в основе своей содержит принципиально важную концепцию многообразия, отличающего его от однородности. Именно через любовь ко всем людям и подчинение менее важных привязанностей наилучшим интересам человечества может быть реализовано единство мира, и бесчисленные проявления человеческого многообразия могут достичь совершенства.

Взращивание единства через приведение к гармонии разнородных элементов и воспитание в каждом сердце беззаветной любви к человечеству — это задача религии. Перед религиозными вождями открыты огромные возможности пестовать товарищество и согласие, но эти же самые вожди могут также разжигать насилие, используя свое влияние для того, чтобы поддерживать пламя фанатизма и предубеждений. Говоря о религии, Бахаулла высказывается самым решительным образом: «…не делайте ее, — предупреждает Он, — причиной разногласий и раздоров». Мир «для всех, кто обитает на земле» — это один из «принципов и повелений Бога».

Сердце, вмещающее любовь ко всему человечеству, будет, конечно же, испытывать боль при столкновении со страданиями, которые вследствие разобщения претерпевают столь многие люди. Но друзья Бога не могут отгородиться от нарастающего смятения окружающего их общества; они также не должны позволять себе вовлекаться в его конфликты или попасть в ловушку его непримиримых методов. Какими бы гнетущими ни казались условия в любой отдельно взятый момент времени, какими бы мрачными ни были текущие перспективы установления единства, нет повода для отчаяния. Удручающее состояние мира может лишь подстегнуть нас к удвоению нашей приверженности конструктивному действию. «Дни сии — не дни процветания и торжества, — предупреждает Бахаулла. — Все человечество пребывает в плену бесчисленных недугов. Прилагайте же все усилия, дабы спасти его целительным снадобьем, приготовленным всемогущей дланью непогрешимого Врачевателя».